Город

Мидори оказалась на краю. Деньги таяли, долги росли, а хозяйка квартиры уже не намекала, а почти прямо говорила: ещё немного — и дверь за ней закроется навсегда. Времени почти не осталось. В надежде на помощь Мидори позвонила подруге, но та лишь раздражённо отмахнулась. Обещания вернуть долг «совсем скоро» звучали пусто, как старая заученная ложь.

Отчаяние подступало к горлу. Что делать? Рискнуть? Ввязаться во что-то сомнительное? Но Мидори тут же одёргивала себя. Один неверный шаг мог превратить плохую ситуацию в катастрофу. Даже мысль взять деньги у тех, кто, возможно, ничего бы не заметил, исчезла почти сразу. Нет. Эту черту она переступить не могла, как бы ни прижимала нужда.

Оставался самый очевидный выход — работа. Но сама идея казалась ей почти поражением. Мидори привыкла к свободе: улицам, случайным знакомствам, вечерним прогулкам без расписания и чужих приказов. А теперь её тесная комната, похожая на клетку, будто сжималась вокруг. Она ходила из угла в угол, перебирая варианты, и ни один не приносил покоя.