Отряд самоубийц из другого мира

Готэм в этом мире всё так же дышит гарью, неоном и безумием: преступники здесь смеются громче сирен, а порядок держится не на доверии, а на страхе перед теми, кто умеет нажимать на нужные рычаги. После очередного хаотичного налёта вместе с Джокером Харли Квинн оказывается в тюрьме Белль-Рив, где свобода — не право, а товар, которым распоряжается Аманда Уоллер, глава A.R.G.U.S. Ей нужны не герои, а люди, которых не жалко потерять: меткий и циничный Дэдшот, одержимый собственной идеей мира Миротворец, театральный и самовлюблённый Глиноликий, прожорливый Король Акул и сама Харли — взрывная смесь обаяния, ярости и непредсказуемой нежности к хаосу. Их отправляют через загадочные Врата в иной мир, где вместо бетонных джунглей — королевства, магия, орки, драконы и война, тянущаяся годами.

Но даже в мире мечей и заклинаний Отряд самоубийц остаётся Отрядом самоубийц. Они не умеют входить тихо: едва оказавшись по ту сторону Врат, злодеи устраивают разрушительный переполох, попадают в плен к солдатам Королевства и быстро понимают, что чудесная сказка ничуть не мягче Готэма. На их шеях всё ещё стоят бомбы, и до взрыва остаётся всего семьдесят два часа. Чтобы выжить, им приходится заключить сделку с королевой Алдорой: свобода и шанс вернуться домой будут оплачены кровью на фронте, где Королевство сражается с Империей. Здесь пули сталкиваются с магией, чудовища идут рядом с армиями, а каждый новый союз может оказаться ловушкой.

Постепенно миссия перестаёт быть простой операцией по принципу «выполнил — выжил». В этом мире уже были чужаки, и следы A.R.G.U.S. тянутся дальше, чем Харли и её команда ожидали. В тюрьме они встречают Рика Флага, а на поле боя сталкиваются с врагами, чьи связи с их прошлым делают происходящее куда опаснее обычной фантазийной мясорубки. Дэдшот, привыкший считать патроны и шансы, вынужден думать не только о выстреле, но и о последствиях; Миротворец пытается навязать войне свой абсурдный порядок; Глиноликий играет роль героя так увлечённо, что иногда почти верит в неё; Король Акул остаётся простодушной стихией разрушения. А Харли, смеясь на краю гибели, неожиданно точнее других чувствует, где чужая маска, а где настоящая боль.

Особое место в этой буре занимает принцесса Фиона — не воительница из легенды, а человек, на глазах которого рушатся привычные представления о долге, власти и спасителях. Отряд для неё не похож на рыцарей: они грубы, опасны, эгоистичны и часто действуют так, будто мир — их личная площадка для безумного представления. Но именно в их дерзости есть то, чего не хватает усталому Королевству, застывшему между страхом перед Империей и холодной волей трона. Чем ближе срок детонации, тем сильнее герои понимают: выбраться из исекая будет недостаточно. Нужно ещё разобраться, кто на самом деле управляет этой войной, почему Врата стали мостом между мирами и можно ли остаться собой, когда даже роль злодея начинает трещать по швам.